Савва Михалевич: ЧЕРНОГОРСКИЕ ВПЕЧАТЛЕНИЯ

Продукты в Черногории превосходные и пока не химиченые. Мясо — исключительное. Местные фрукты, овощи, молочные изделия выше всяких похвал. Мы частенько заказывали чевапчичи (жареные колбаски из двух сортов мяса) и бурек — пирог с разнообразной начинкой (мясо, творог), а также питу — также пирог, но из тончайшего теста с мясной, фруктовой, творожной начинкой, иногда со шпинатом


Священник Савва МИХАЛЕВИЧ

Священник Савва МИХАЛЕВИЧ

«Черногорцы, что такое? —
Бонапарте вопросил, —
правда ль это племя злое
не боится наших сил?»

А. С. Пушкин «Песни западных славян»

В Черногории мне довелось побывать дважды. В первый раз в 1968 году в детском возрасте тринадцати лет, во второе путешествие в Югославию. О первом посещении своей родины я писал в рассказе «Прво путованье». Во второй раз я попал в Черногорию (уже, к сожалению отделившуюся от бывшей Югославии), в 2014 году, то есть через 46 лет. Те первые детские впечатления об этой экзотической стране оказались очень яркими и хорошо запечатлелись в памяти. Стоял жаркий балканский июль, когда моя тётушка София Ивановна получила, наконец, отпуск в своём краеведческом музее в городе Сараево, а её муж-хорват дядя Рене также освободился на две недели, и мы смогли двинуться к морю. Если в прошлый раз мы отдыхали на Адриатике «дикарями» в хорватском Дубровнике, то на сей раз поехали на самый юг ныне не существующей Югославии — в республику Черногорию в город Ульцинь. Если весь берег Адриатического побережья Далмации и большей части Черногории скалист, каменист и покрыт галькой, о которую ранятся непривычные ноги, то в Ульцине сплошной мягкий песок. В те времена там построили новый отель под названием «Лидо», где отдыхали в основном иностранцы и за очень немалые деньги. Тётя пошла ради нас на значительные расходы, и я поныне ей за это благодарен. В наши дни русские люди много путешествуют. Один знакомый подсчитал, что посетил уже сорок стран и это меня искренно радует. Наши соотечественники заслужили это право после долгой коммунистической изоляции. Пусть посмотрят, как люди живут, пусть расширят свой кругозор и сравнят, а сравнив, сделают выводы. И выводы эти, я уверен, далеко не всегда в пользу заграницы. У нас много чего хорошего, чего нет у них, а всё ценное оттуда стоит заметить и привнести на родную почву. А то с ХVIII века довольно бездумно подражаем и заимствуем. Взять хотя бы недавнюю акцию «в метро без штанов». Западноевропейские умники отправились в подземку в исподнем, а на другой день в Москве нашлись подражатели. Вот так и левые идеи когда-то позаимствовали, а расхлёбывать пришлось русакам. Всё, что я тогда увидел, разительно отличалось от ставшей родной и привычной жизни в Подмосковье в тогдашнем СССР. Я вовсе не хочу хаять свою вторую Родину. Просто жизнь здесь была ДРУГАЯ.

Русско-черногорские контакты имеют давнюю историю и о черногорцах много написано русскими авторами. Написано с симпатией, ибо черногорцы до последнего времени всегда были нашими союзниками, солидарными, единоверными и близкими по языку. Мало кто знает, что даже на русско-японскую войну княжество Черногория направила в помощь русским небольшой отряд под командованием Йована Поповича, а и воин этого отряда поручик Лексо Саичич перед одним из сражений вступил в поединок с неким самураем, по старинному обычаю вызывавшим противника на бой. Черногорец победил, что вдохновило русских на победу в этом ратном эпизоде.

Александр-Лексо Саичич (1873-1911)

Александр-Лексо Саичич (1873-1911)

Собственно черногорцы — южная ветвь сербского народа со своими обычаями, с своеобразным жизненным укладом и своеобразным менталитетом. Издавна этому маленькому народу (сегодня черногорцев всего 600000) приходилось отстаивать свои свободу и независимость в борьбе с грозными и агрессивными соседями и всевозможными завоевателями: албанцами, турками, французами, австрийцами, немцами. Балканы из-за своего географического положения (между Востоком и Западом) всегда были и есть арена всевозможных войн. В результате традиционно всякий черногорец считался воином. Воевали они храбро, и до поры до времени никому не удавалось полностью захватить и подчинить маленькую Черногорию. Недаром эту страну называли «славянской Спартой»! За свободу платили кровью. Я обратил внимание, что национальные костюмы черногорских женщин всегда чёрного цвета. Мне объяснили: это оттого, что они практически не снимали траур. Ведь по близкому родственнику (сын, муж, отец) полагается носить чёрное платье в течение года. Об черногорцев даже Наполеон обломал зубы, о чём с вдохновением рассказал наш Пушкин. Только почему-то поэт назвал черногорцев «западными» славянами, хотя правильнее считать их южными. Они смелы, решительны и горячи. Чем-то напоминают кавказских горцев — дагестанцев и чеченцев. Кстати, и те и другие относятся к одному динарскому средиземноморскому типу европейской расы. Это люди, как правило, выше среднего роста, крепкие и стройные с несколько удлинённым черепом, с правильными чертами лица, смуглые и темноволосые. Но есть и разница. Черногорцы более цивилизованы и менее суровы — влияние Православия. Они расчётливы, хитры, блюдут свою выгоду и не склонны к тяжёлому труду. Одна из шутливых заповедей черногорцев говорит, что человек рождается на свет уже усталым, и ему следует почаще отдыхать. В этой стране никто не суетится и не торопится. С утра можно видеть, как мужчины-черногорцы сидят в кафанах и цедят крепчайший кофе из фильджанов ( крошечных турецких фарфоровых чашечек) за приятной беседой. Подобное времяпрепровождение может длиться часами. По правде сказать, тамошняя жара реально расслабляет. Не будешь же перетруждаться при 40 градусах Цельсия! В 1968 году в Ульцине имелось мало автомашин. Все ездили и перевозили грузы на ослах, реже на лошадях под массивными сёдлами с деревянной лукой. Крошечный, но весьма живописный Ульцинь с его средневековой крепостью и узкими улочками, превращёнными в сплошной базар, привлекал туристов со всей Европы. Больше всего съезжалось немцев и итальянцев. Местные жители, в особенности продавцы продуктовых и сувенирных лавок облачались в народные костюмы. С удивлением я заметил среди местных мальчишек немало негритят. Оказалось, здесь когда-то стояли гарнизоном наполеоновские африканские стрелки и это их потомки.

Наш отель Лидо состоял (не уверен, что он сохранился до сих пор) из двухэтажных коттеджей у самого пляжа. Тётя с дядей и мы с мамой заняли две комнаты первого этажа с видом на море в двухстах метрах от кромки воды. Тёплое чистое море, горячий песок, превосходное трёхразовое питание. Правда ещё не додумались до шведского стола, как в нынешних отелях Египта, Греции и Турции. Ресторан отеля состоял из двух залов. В одном преобладали западные немцы из ФРГ, в другом — восточные из ГДР. Им запрещалось общаться. У гэдээровцев ещё и проводились политзанятия (!). С самого начала мы попали в «западный» сектор, где я очень развлекался наблюдениями над «капиталистами». Это в наше время никого не удивишь шортами и открытыми маечками. А в то время подобный прикид представлялся экзотикой. Особенно на пожилых. В конце концов, меня посадили спиной к залу, так как я постоянно хихикал при виде сытых немецких пятидесятилетних матрон в смелых туалетах и их седовласых спутников с тевтонскими физиономиями. Среди них встречались ветераны вермахта, судя по страшным уродливым шрамам на телесах и лицах. Возможно даже, что именно в в здешних местах эти фрицы и воевали. Утром и во второй половине дня мы купались. Днём в жару прятались в коттедже. А вечером после ужина шли на охоту. В нескольких рассказах я уже выводил своих родственников, которые по профессии были энтомологами, то есть изучали насекомых. Тётя с дядей любили свою специальность и всегда, во все поездки по стране и за границу возили всё необходимое оборудование для ловли, содержания и препарирования насекомых. Никогда не знаешь, где и когда встретишь что-то новое, необычное и интересное. Поэтому стоит быть всегда подготовленным и иметь под рукой складной сачок, морилку с ядом и хотя бы пару коробочек для добычи. В этих охотах мы с мамой участвовали с не меньшим азартом, чем наши учёные родственники. За отелем начиналась степь, даже, скорей полупустыня с песчаным грунтом и редкой засохшей растительностью. Здесь водились разнообразные насекомые, в том числе эндемики, то есть нигде более не встречающиеся. Особенно ценились редкие жуки из семейства хрущей, родственные нашим майским жукам, но в два раза меньшего размера. Они выбирались из остывающего песка на закате, расправляли крылья и улетали по своим делам. Схватить жука нужно было в момент взлёта. Увидеть и поймать их удавалось лишь в течение какого-то лишь часа. Ни раньше, ни позже жуки не появлялись. Благодаря своей редкости они считались желанным трофеем. Дядя Рене обменивал их на экзотических африканских насекомых для своей впечатляющей коллекции. В первый же поход мне удалось поймать трёх или четырёх хрущей и дядя остался страшно доволен. В этой пустыньке во множестве водились средиземноморские черепахи разных размеров, некоторые с суповую тарелку, другие всего 6-7 см в длину. Затем мы увидели саранчу, но не целую стаю, а одиночный экземпляр. Моя тётя Соня как раз специализировалась на прямокрылых, так, что ей, конечно же, захотелось поймать эту зверюгу, длиной не менее десяти сантиметров. Мы с дядей пустились в погоню, но саранча, подождав, пока мы приблизимся, распустила крылья и, издав рокот, словно миниатюрный вертолёт, отлетела от нас метров на двадцать. Несколько раз мы почти догоняли её, но хитрая тварь очень ловко маневрировала и оставляла нас с носом, пока, наконец, мне не удалось накрыть её сачком. Извлекал кузнечика дядя, которого увёртливая саранча ухитрилась укусить за палец до крови. Но он героически стерпел укус и засунул строптивую животину в морилку. Подобные развлечения случались ежедневно. Вечером, когда мы уже ложились спать, в здании ресторана для отдыхающих звучала «живая» музыка. Пела какая-то местная певица с приятным голосом в сопровождении ансамбля. В её репертуаре имелись и русские песни. С особенным азартом певица исполняла «Калинку» и я засыпал под знакомые рулады: «Калинка, калинка, калинка моя! В саду ягода малинка, малинка моя!»

Город Пераст в Которском заливе, Черногория

Город Пераст в Которском заливе, Черногория

Мои родственники не в первый раз отдыхали в «Лидо» и здесь их весьма привечали как старых клиентов. Кроме того, моя общительная тётя перезнакомилась со всем персоналом, поскольку не раз оказывала служащим посильную помощь. Тётя Соня знала семь языков. Случалось, что даже здешние хорошо подготовленные и вышколенные официанты не могли понять, чего хочет иностранный клиент. Вмешивалась тётя и проблема решалась. Она обращалась к гостю по-немецки, по-французски или по-английски. Как правило, какой-нибудь из этих основных европейских языков собеседник знал, и всё выяснялось. Некоторые избалованные клиенты отеля задирали нос и капризничали. Через год после нас в этот же отель приехала пара пожилых и видимо очень состоятельных немцев из ФРГ. Высокий старик отличался респектабельным видом и внешне походил на Бетховена. Одновременно в «Лидо» приехала группа немецких шахтёров — отпускников. Официант попробовал было подсадить за стол к «Бетховену» этакого симпатичного работягу с семейством. «Капиталисты» воспротивились и стали скандалить. Им общество, видите ли, показалось неподходящим! Официант пребывал в затруднении, но тут вмешалась тётя и пригласила новоприбывших за свой стол. Они скоро познакомились и очень мило общались. Таких друзей и знакомых у тёти имелось вдоволь по всему миру. С некоторыми она состояла в деловой, а с иными в дружеской переписке. Вот, почему почта у неё набиралась мешками, а мне перепадали почтовые марки со всего света.

За многие годы, пролетевшие после моего первого путешествия в Черногорию, многое, конечно переменилось. Теперь всё местное население и многие гости разъезжают на автомобилях. Я не встретил в окрестностях Херцег-Нови ни одного осла даже в сельской местности. В целом же страна, как все обломки бывшей Югославии, обеднела. Правда, Черногория никогда не считалась передовой областью, но всё своё качественное, красивое, добротное исчезло. Где красивая одежда и модная удобная обувь? Теперь только импорт. За исключением еды. Продукты в Черногории превосходные и пока не химиченые. Мясо — исключительное. Местные фрукты, овощи, молочные изделия выше всяких похвал. Мы частенько заказывали чевапчичи (жареные колбаски из двух сортов мяса) и бурек — пирог с разнообразной начинкой (мясо, творог), а также питу — также пирог, но из тончайшего теста с мясной, фруктовой, творожной начинкой, иногда со шпинатом. Друзья предоставили нам машину, так, что мы поездили по городу и окрестностям. Побывали в нескольких православных храмах, в том числе и в русском. К сожалению, русских священников здесь больше нет. Вокруг храма лишь могилы эмигрантов первой волны. Сохранились русские могилы и в монастыре Св. Саввы Сербского, который мы посетили несколько раз. Небольшое кладбище расположено на площадке, с которой открывается чудесный вид на бухту и остатки городской крепости. С другой стороны вековая дубрава, сзади крутой скалистый склон. Наверное. никто из русских, нашедших здесь последнее пристанище, не думал — не гадал, что закончат свои дни так далеко от Родины. А вот наших нынешних соотечественников в Черногории стало много. Мы их встречали каждый день и с некоторыми познакомились. Иные, как мои друзья — хозяева приобрели недвижимость, другие приехали отдыхать. На пляже познакомился с русским стариком, у которого имеется квартира в Херцек-Нови. Он заядлый рыбак и через день проверяет свои вентеря, заброшенные метрах в двухстах от пляжа в Которской бухте, на котором мы отдыхали. Местные рыбаки тоже пользовались подобными снастями, но по моим наблюдениям, без особого успеха. А вот наш соотечественник без улова не оставался никогда. В среднем через день он вылавливал 3-5 кг мелкой, но очень вкусной местной рыбы, наподобие кильки. Реже попадались угри, а также и кальмары. В первый же день новый знакомый щедро оделил нас пойманной добычей, а когда отдыхающие поблизости поляки на хорошем русском попросили его продать им рыбу, старик отказался: «Я не продаю, а вам просто подарю…» Поляки очень удивлялись и благодарили. Секрет успеха нашего рыбака заключался в том, что рыба любит заросли, и он выбирал места для ловли там, где дно покрыто водорослями.

Современные черногорцы живут в основном на доходы от туризма: сдают дома, квартиры, автомашины. Никакой промышленности здесь нет. Живут небогато, но никто тут особо не перетруждается и как-то перебиваются. Успели после развала повоевать с хорватами и победить их. Запад, разумеется, старается прибрать Черногорию к рукам. Само её никчёмное и несвоевременное отделение от Сербии произошло по приказу США. Похоже, русские упускают дружественную страну в НАТО. Народ и особенно духовенство против, оно смело клеймит власть за предательство. Кто победит: русофилы или русофобы, скоро узнаем.

Сараево. Принципов мост. Фото 1913 года.

Сараево. Принципов мост. Фото 1913 года.

ПРИНЦИПОВ МОСТ

В истории человечества не раз случались события, в результате которых судьбы многих людей коренным образом изменялись. Столь масштабных событий не так уж много и также не много конкретных мест на карте, с которыми можно связать эти события. В данном случае можно совершенно чётко указать: с выстрелов в Сараево история сделала крутой вираж, последствия которого сказываются по настоящий день. Выстрелы прогремели в конкретном месте, называемом ранее Латинским мостом, а затем долгое время Принциповым мостом. Насколько мне известно, новые мусульманские власти снова переименовали мост, что неудивительно, так как покушение на австрийского эрцгерцога совершили в основном сербские националисты, а сербский национализм для боснийских мусульман, что красная тряпка для быка. Если б не ослепление от зоологической ненависти, они могли бы вспомнить, что в организации «Млада Босна» («Молодая Босния») состояли не только сербы, но и мусульмане и даже хорваты.

Убийство произошло 28 июня 1914 года в одиннадцать часов утра. Ему предшествовал целый ряд событий, сложившихся в некую роковую цепь, приведших к столь трагическим результатам, которых не мог предвидеть в полной мере самый изощренный ум, и уж конечно, юноши, почти мальчики из «Млада Босны». Есть несколько версий, объясняющих тайные причины рассматриваемого деяния, но, ни одна версия не является общепризнанной, так как все их авторы принадлежат разным историческим и политическим лагерям и делают, соответственно, взаимоисключающие выводы. Во всяком случае, очевидно, что в убийстве Франца Фердинанда были задействованы весьма грозные и могущественные силы, заинтересованные в развязывании глобальной европейской войны. А в этом случае, как считает современная историческая наука, следы ведут за океан. Именно США была выгодна эта война, как впоследствии и вторая мировая. И, если так, «Млада Босна» стала всего лишь орудием в чьих-то опытных руках. Сам Франц Фердинанд неоднократно заявлял, что желает мира с Россией и пророчески предупреждал: если сербы взбунтуются против австрийцев, их обязательно поддержит русский царь и тогда произойдёт бойня, в которой погибнет и Австро-Венгрия, и Российская империя. Эрцгерцог из-за брака с «худородной», по мнению австрийского императорского дома, графиней-чешкой Софией Гогенберг был лишён возможности унаследовать австрийский престол, но слыл сторонником широкой автономии Боснии и Герцеговины в границах империи, подобной автономии Венгрии. Подозревали также, что он рассчитывал сделать одного из своих двоих сыновей правителем этой автономии. То, что власти Австро-Венгрии держали православных славян в чёрном теле — исторический факт. Аннексия Боснии и Герцеговины Австрией произошла в 1908 году. На этой территории православное население составляло большинство, и именно оно угнеталось в наибольшей степени, между прочим, как и население нынешней Западной Украины. Среди сербов православного исповедания зрело недовольство властью. Приезд Франца Фердинанда был связан с военными манёврами австрийской армии, демонстративно проводимыми на самой границе независимой Сербии, и совпал с праздником святого Витта, весьма памятного и печального для сербов дня — годовщины поражения от турок на Косовом поле в 1389 году, после которого началось турецкое иго. Эта дата всегда отмечается сербами во все времена. Промыслительно: в этот день сербской скорби и печали исполнялось четырнадцать лет со дня заключения брака между Францем Фердинандом и Софией. По правилам, царившим при австрийском дворе, герцогиня София не могла сопровождать мужа на официальных церемониях. Теперь же ей выпал случай нарушить придворный политес и показаться народу рядом с супругом, чем она с удовольствием и воспользовалась.

Когда читаешь материалы по этому делу, безгранично удивляет наивность и неподготовленность заговорщиков и непрофессионализм охраны эрцгерцога. «Млада Босна» возникла в подражание, с одной стороны, «Молодой Италии», с другой — русской «Народной воле» и состояла, как уже говорилось, из совсем молодых людей. Например, Гаврило Принципу было всего 19 лет, что, впрочем, не помешало ему держаться смело и решительно, в отличие от некоторых своих подельников, как во время покушения, так и после — на суде и в заключении. Они-то твёрдо верили, что спасают свой народ, убивая «главного террориста» по объяснению участника покушения Васо Чубриловича, кстати, дожившего до 1990 года. В покушении участвовало шесть человек. У каждого имелись бомба, револьвер и капсула с ядом, который следовало принять при опасности ареста. По версии австрийского следствия покушение курировалось спецслужбами Белграда с привлечением русского резидента, что впоследствии оспаривалось как властями Сербии и этим русским «резидентом», так и в дальнейшем — следствием, проведённым властями Югославии. Как бы то ни было, члены организации едва научились стрелять, пользоваться бомбами не умели вообще, а главное: большинство не подготовилось к покушению духовно, и вообще не созрело для подобного деяния.

О приезде высокого гостя народ был оповещён заранее. Узнать маршрут кортежа тоже не составило труда. На всём его протяжении были расставлены участники покушения, но двое из них спасовали — не решились применить оружие. Сначала подходящий момент упустил Мехмедбашич (мусульманин, самый опытный и старший по возрасту). Затем маху дал Чубрилович. Следующим на пути кортежа оказался Чабринович. Он бросил гранату, но она попала в откинутый и сложенный кожаный верх машины и упала на землю, где взорвалась, ранив двадцать человек. Выстрелить в эрцгерцога Чабринович не успел. Он принял пилюлю с ядом, но она не подействовала, может оттого, что яд подменили. Тогда неудачливый террорист прыгнул в реку Миляцку, сильно пересохшую летом, в которой скрыться ему не удалось. Он был схвачен полицией. Кортеж спешно уехал в ратушу, где эрцгерцога ожидал торжественный приём, но мероприятие, конечно, сорвалось. Удивительно, но после столь трагичного происшествия, власти и охрана, а также сам несколько успокоенный гость не отменили запланированные мероприятия, а решили отправиться с посещением в госпиталь, надеясь, что террористы уже разогнаны и разбежались (наивность или чей-то злой умысел?). Единственная предпринятая мера предосторожности — перемена маршрута, но почему-то этот приказ не объявили герцогскому шофёру. Офицеры охраны ехали в первой и четвёртой машинах, во второй — местные власти, в третьей — эрцгерцог с супругой с губернатором Боснии и Герцеговины Патиореком. Кортеж приблизился к Латинскому мосту, на котором в этот момент находился Гаврило Принцип в совершенно подавленном состоянии, считая, что покушение полностью провалилось.

До последней балканской войны на каменной мостовой Принципова моста всем гостям и туристам показывали отпечатки ног человека, развязавшего первую мировую войну, то есть Принципа. Я сам не раз стоял на этом горбатом мосту о трёх каменных арках. Видел эти следы и размышлял о том, что было бы, если б не случилось этого убийства. Конечно, наивно думать, что война бы не состоялась. Разумеется, нашёлся бы иной повод. Но, всё могло сложиться иначе: мой дед по матери Владимир Иванович Огнёв мог не попасть на фронт 1 мировой, могло не быть революций февральской и октябрьской, мой дед мог не стать белым офицером, мог не очутиться с Врангелем в Югославии и конкретно в Сараево. Получается, если б не выстрелы Принципа, я бы точно не появился на свет. То есть громадные эпохальные события ломают и коверкают судьбы тысяч, а то и миллионов людей, в том числе рядовых, мало заметных граждан, и несут их, словно мусор, во все стороны, порой забрасывая на край света и предлагая мучительнейшие испытания…

Теперь, по-видимому, отпечатки ног Принципа стёрты, так как поверхность моста покрыли асфальтом.

Мозаика "Молодая Босния" в Андричграде

Мозаика «Молодая Босния» в Андричграде

В отличие от своих подельников, Гаврило не колебался ни секунды. Два выстрела последовали один за другим. Первый смертельно ранил эрцгерцога в шею. Второй — в живот герцогиню. Оба скончались через несколько минут. На суде Принцип пояснил, что вторая пуля предназначалась губернатору Патиореку, и он сожалеет о невольном убийстве матери двоих детей. Воспользоваться ядом Гаврило не успел. На него набросилась толпа и избила так, что ему пришлось впоследствии ампутировать руку. Из этого следует, что эта толпа, скорее всего, состояла из хорватов и мусульман, а не сербов, сочувствующих заговорщикам. Схвачено было шестеро террористов. Троих приговорили к смертной казни, трое других, как не достигшие двадцатилетия, в том числе и Принцип, получили большие сроки заключения от 16 до 20 лет, но на свободу вышли двое: Васо Чубрилович и Цветко Попович. Последнего мне удалось однажды увидеть. Он был знаком с нашей семьёй. Принцип умер в тюрьме. По официальной версии — от туберкулёза. Ну, что ж, в те годы эта болезнь была весьма распространена. Туберкулёзом болел и сам Франц Фердинанд, но в отличие от заговорщиков, он имел возможность лечиться на лучших европейских курортах.

Я не был в Сараево с 1989 года. У меня там нет больше родственников. Могу сказать: слава Богу, что они скончались до последних трагических событий и не увидели братоубийственную бойню последних времён. Но я часто вспоминаю чудесный, уютный, очаровательный город Сараево — родину моей мамы, слышу журчание горной Миляцки и протяжную песню, несущуюся из кафаны под аккомпанемент скрипки и аккордеона, а могучий силуэт Требевича, покрытого густым лесом, нависает над набережной и городом, как сто и двести и семьсот лет назад.

Источник: Русская народная линия

ЛЕТОПИСЬ

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *